Холизм, синтетическая философия, Философия будущего, Футурология

              Пискарёв Павел Михайлович к.п.н.

                             Институт психологии творчества

                                                                                                      Ректор

Рассуждая об интегративной методологии гуманитарного знания, которая помогает не только анализировать феномен метамодерна, но и концептуализировать его, затронем ряд вопросов, которые, по нашему мнению, касаются интегративности в гуманитарном знании. Заметим, что слова «интеграция», «интегративность», как и их определения, нередко можно встретить в научных статьях, касающихся психологии и педагогики («интегральная технология, интегрированное обучение, интегративная методика» (1)). Некоторые авторы указывают, что данные термины часто считаются «самоочевидными», интуитивно понятными. Так, С.С.Желтова в своей статье, посвященной интеграции, интегральности и интегративности в образовании (2), пишет о недостатках такой «интуитивности», ссылаясь на Б.А.Ахлибинского (3) (последний полагал, что содержание «интуитивно понятных» понятий, как правило, полисемантично; это нередко приводит к неточностям в работе с ними).


Существуют, конечно, определения интеграции – общие, либо данные в рамках отдельных наук. Так, под интеграцией понимают «Состояние связанности отдельных частей и функций системы или организма в целое, а также процесс, ведущий к такому состоянию», а кроме того, например, «процесс сближения и связи наук, происходящий наряду с процессами их дифференциации» (4).

--------

1 - Желтова С.С. Интегральность и интегративность в дошкольном образовании на примере обучения иностранному языку. // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии: сб. ст. по матер. II междунар. науч.-практ. конф. № 2. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2010. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://sibac.info/conf/pedagog/ii/35515
2 - Желтова С.С. Интегральность и интегративность в дошкольном образовании на примере обучения иностранному языку. // Личность, семья и общество: вопросы педагогики и психологии: сб. ст. по матер. II междунар. науч.-практ. конф. № 2. Часть I. – Новосибирск: СибАК, 2010. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://sibac.info/conf/pedagog/ii/35515
3 - Ахлибинский Б.А. Категориальный аспект понятия интеграции / Б.А. Ахлибинский // Диалектика как основа интеграции научного знания. Под ред. А.А. Королькова. – Л.: Изд. ЛГУ, 1984. – С. 50-60

4 - Булыко  Н.А. Современный словарь иностранных слов. – М: Издательство: Мартин, 2006. – С.146

--------


Интеграция, как видим, это некоторое «состояние» (состояние связанности системы, например) и, кроме того, процесс, ведущий к этому состоянию (связанности или сближения). Итак, интеграция как понятие действительно полисемантична уже на этом уровне: как минимум, потому, что в нее включены и процесс взаимной связанности каких-либо частей или элементов системы, и результат этой взаимосвязи. Кроме того, мы видим в приведенном выше определении интеграции термины «система», «организм», – каждое из которых полисемантично само по себе, а также термин «дифференциация» (который можно понимать как антоним «интеграции», как часть дихотомии «интеграция-дифференциация», и который также неоднозначен, полисемантичен). Тем не менее, мы можем предположить, что термин «дифференциация» обладает все тем же свойством – обозначает одновременно и процесс (разделения, разведения, демаркации) и результат этого процесса (разделенность, разрозненность). Кроме того, и об интеграции, и о дифференциации можно сказать, что они являются не только процессом и результатом, но и средством связи (разделения) объектов (так, например, полагает В.С.Безрукова (5), с поправкой на психолого-педагогический контекст раскрытия термина «интеграция» в ее работе). В.С.Безрукова пишет о различении внешней и внутренней интеграции, при этом ко внешней можно отнести интеграцию различных направлений науки, сфер знания, социальных институтов и т.д., а ко внутренней – соединенность и взаимосвязанность компонентов внутри одного направления, сферы, института и т.д. 

--------

5 - Безрукова В. С. Педагогическая интеграция: сущность, состав, механизмы реализации / В. С. Безрукова / Интеграционные процессы в педагогической теории и практике: сб. науч. трудов. Вып. 1 / Свердл. инж.-пед. ин-т ; ред. В. С. Безрукова. – Свердловск: Издательство СИПИ, 1990. – С. 3-25

--------


Актуальность темы интеграции – в самом характере современной науки, объединении различных сфер научного знания, появление метанаучных дисциплин, существование неоднородных социальных, культурных, политических, психологических (социально-психологических, социополитических) и т.д. феноменов, требующих привлечения теории и методологии различных сфер и направлений научного знания для всестороннего изучения данных феноменов. 
 

Страшнюк С.Ю. в диссертации, посвященной интеграции гуманитарных дисциплин на модульной основе (6), пишет, что интеграция знаний в области различных направлений наук выражается как в необходимости изучения комплексных (мультинаучных, метанаучных) проблем, так и в «стыковке между науками, ранее казавшимися изолированными». Отдельно она указывает на тенденцию усиления внутридисциплинарной и междисциплинарной взаимосвязей, о чем мы уже писали выше.


Думается, что сам по себе феномен движения от философии как «науки наук» к выделению отдельных наук, отдельных направлений научного знания, то есть – к дифференциации наук, выделению и оформлению отдельных теорий и методологий, появлению споров о том, к какой области знания относится то или иное явление, тот или иной метод, – и, наконец, движение к интеграции, объединению наук в современности, к появлению метанаучных областей знания, – это движение от целостного к разрозненному и снова к целому, причем к целому на качественно новом уровне, – это и есть, в наглядном виде, «метамодерн и интегративная методология гуманитарного знания» – проблема, отраженная в заглавии этой работы. С той лишь разницей, что данная проблема отражает лишь одну из сторон научных тенденций в метамодерне, где, вероятно, также уместна формулировка «интегративная методология научного знания».

--------

6 - Страшнюк С. Ю. Интеграция на модульной основе гуманитарных дисциплин в техническом вузе для развития комплексных умений студентов (На примере курса "Психология и педагогика") : Дис. ... канд. пед. наук : 13.00.08. – Кемерово, 2003 – 226 c.

--------


Проблема интеграции, интегративности, объединения – внешнего и внутреннего; как процесса, результата и инструмента, обретает особую актуальность в эпоху метамодерна (о ключевых особенностях которой нам еще предстоит рассказать). Но идея единства как такового (в особенности – идея единства научных знаний, которая долгое время не выделялась как таковая, потому что научные знания не мыслились вне этого единства) отражена в работах античных мыслителей. Что такое решение вопросов космологии и космогонии в духе монизма (Фалес, Анаксимандр, Анаксимен), как не абсолютизированное единство мира? Имеем в виду вот что: первые натурфилософы-монисты пытались найти одно вещество в качестве и первоосновы мира в двух смыслах: космогоническом (то, из чего мир произошел) и космологическом (то, из чего он состоит). Это, вероятно, одна из первых интегративных идей (мир при этом тоже рассматривается в духе целого – имеющего первооснову, вещество, общее для всех вещей и явлений). 


Стоит упомянуть и столь важную для философов марксистского толка диалектику, все три закона которой – по большому счету, об интеграции (и, в диалектическом духе, одновременно и о дифференциации): закон единства и борьбы противоположностей, закон взаимного перехода количественных и качественных изменений, закон отрицания отрицания. «Единство», «взаимный переход» – сами по себе категории интегративные, но более всего о связанности и целостности научного знания – на наш взгляд, третий закон. «Отрицание отрицания» можно выразить, среди прочего, в развертывании знаменитой диалектической триады Г.Гегеля – тезиса, антитезиса и синтеза: некое научное утверждение сменяется, в ходе развития научного знания, антитетическим отрицанием этого утверждения, а затем противоречие, возникающее между тезисом и антитезисом, снимается в синтетическом утверждении (доктрине, концепции), сохраняющей ценное содержание как тезиса, так и антитезиса, и выводящем рассуждение на качественно новый уровень. 


В смысле диалектическом, диалектико-материалистическом, проблема интеграции и интегративности научного знания (и знания как такового) была актуальна в отечественной науке весь ХХ век. В конце ХХ века возросло внимание к идее единства, интеграции и дифференциации, интегративности, междисциплинарности среди отечественных мыслителей. Среди авторов этого периода можно назвать М.С.Асимова, А.Турсунова (7), Б.А.Ахлибинского (8), Г.Я.Буша (9, 10), М.Л.Волкова (11), В.С.Готта (12, 13), В.В.Гузеева (14), А.Я.Данилюка (15), Ю.И.Дика, А.А.Пинского (16), В.П.Каратеева (17, 18, 19), А.Ф.Кудряшева (20), Л.Л.Поткова (21), А.С.Кравца (22), М.Г.Чепикова (23) и многих других. 

--------

7 - Асимов М.С., Турсунов А. Современные тенденции интеграции наук. – М.,1984. – С.62-64
8 - Ахлибинский Б.А. Категориальный аспект понятия интеграции / Б.А. Ахлибинский // Диалектика как основа интеграции научного знания. Под ред. А.А. Королькова. – Л.: Изд. ЛГУ, 1984. – С. 50-60
9 - Буш Г.Я. Методологические основы научного управления изобретательством. – Рига: Издательство «Лиесма», 1974. – 169 с.
10 - Буш Г.Я. Проблемы интеграции научного знания: Теоретико-методологический аспект. – Рига: Лиесма,1989. – 196 с.
11 - Волков М.Л. К проблеме единства научного знания // Философско-социологические проблемы науки. Вып. 2. M.: Наука, 1977. – 432 с.
12 - Готт B.C. Материальное единство мира и единство научного знания // Диалектика в науках о природе и человеке: Единство и многообразие мира, дифференциация и интеграция научного знания. – М., 1983. – С.243-247
13 - Готт B.C., Семенюк Э.П., Урсул А.Д. О единстве научного знания. – М.: Знание, 1977. – 64 с. 
14 - Гузеев В.В. Теория и практика интегральной технологии. – М.: Народное образование, 2001. – 224с.
15 - Данилюк А.Я. Учебный предмет как интегрированная система // Педагогика. – 1997. – №4. – С. 24-28

16 - Дик Ю.И., Пинский А.А. Интеграция учебных предметов // Советская педагогика. – 1987. – № 9. – С. 42-47
17 - Каратеев В.П. Единство, интеграция, синтез научного знания. – Саратов: Изд-во Саратовского ун-та,1987. – 176 с. 
18 - Каратеев В.П. Критерии единства наук в условиях современной научно-технической революции. – Саратов: СГУ, 1985 – 193 c.
19 - Каратеев В.П. Многообразие форм единства естественных, общественных и технических наук. – Саратов: СГУ, 1983. – 80 с.
20 - Кудряшев А.Ф. Единство наук: основания и перспективы. Свердловск: Изд-во Уральск.ун-та, 1988. – 184 с.
21 - Потков, Л.Л. О взаимодействии наук в развитии знания / Л.Л. Потков // Диалектика в науках о природе и человеке. – М.: Наука, 1983. – С. 299-304
22 - Кравец А.С. Типы интеграционных процессов в науке. – М.: Наука, 1981. – 278 с.
23 - Чепиков М.Г. Интеграция науки: философский очерк. – М.: Мысль, 1975. – 245 с.

--------


С.Ю.Страшнюк подчеркивает, что в современном мире является общепризнанным, что в основе единства наук и научных знаний лежит «объективная связь явлений материальной природы и общества, общность свойств и состава разнородных объектов» (24). Мы добавим, что дело не только в объективной связи явлений «первой» и «второй» природы, но и существовании феноменов на стыке этих объективных сфер, понятийных полей, требующих особого научного анализа. Сюда можно отнести, например, когнитивистику – междисциплинарную науку на стыке психологии (индивидуальной и социальной), теории познания, нейрофизиологии, лингвистики (когнитивной лингвистики), невербальной коммуникации, философии, антропологии, теории искусственного интеллекта. 


Отечественные ученые поднимали и поднимают вопросы интеграции и интегративности в своих диссертациях. Интересно наблюдать, как меняется понятие и характер «комплексных научных исследований» и «комплексных наук» по мере того, как растут знания о человеке как социальном и биологическом существе, возможностях человеческого мозга, совершенствуется аппаратура. В начале восьмидесятых годов прошлого века К.П.Краснояров, автор диссертации о методологических принципах комплексных наук (25), примером сферы действия методологии комплексных наук считал эргономику: «Комплексные науки складываются на стыках различных областей научного знания, ассимилируя и синтезируя элементы их предметного содержания. Сформировавшаяся комплексная наука имеет весь набор дисциплинарных признаков – специфический объект исследования, предмет, дисциплинарное сообщество и механизмы его воспроизводства и т.д. Комплексные научные исследования отличаются от подобных дисциплин выраженной нацеленностью на конкретные проблемы, с решением которых исследование прекращает свое существование. Конкретная проблемная ориентация, целевая детерминация и временный характер – вот основные черты комплексных исследований, позволяющие отличить их от комплексных дисциплин. Яркими примерами таких исследований являются различные научно-технические проекты и программы решения конкретных проблем. В некоторых случаях такие исследования можно рассматривать как первоначальный этап движения, содержащего возможности появления новой дисциплины. Например, возникновению эргономики предшествовал этап исследований на базе инженерной психологии с широким привлечением антропологов, биомехаников, физиологов, гигиенистов, дизайнеров и т.д. Этот этап несомненно комплексных исследований заложил основу будущей эргономики» (26).

--------

24 - Страшнюк С. Ю. Интеграция на модульной основе гуманитарных дисциплин в техническом вузе для развития комплексных умений студентов (На примере курса "Психология и педагогика") : Дис. ... канд. пед. наук : 13.00.08. – Кемерово, 2003 – С.8
25 - Краснояров К.П. Методологические принципы комплексных научных исследований и их роль в интеграции науки: Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – 145 с.

26 - Краснояров К.П. Методологические принципы комплексных научных исследований и их роль в интеграции науки: Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – С.6

--------


Примечательна и диссертация того же года о роли общенаучных понятий в формировании научного мировоззрения (автор – Г.В.Яковлева ). Примечательно, что в своей работе она пишет: «в философской литературе в основном признается, что общенаучные понятия – принципиально новый тип понятий. Ранее все научные понятия весьма четко делились на две группы: философские и частнонаучные. Последнее время появилась необходимость специального вычленения особого класса понятий, так называемых – общенаучных, которые выходят за рамки той или иной частной науки или их специфической группы» (28). По нашему мнению, эти «общенаучные» или, говоря иначе, «метанаучные» понятия – действительно начинают быть более актуальными в ХХ веке, но существовали они и задолго до современности (пусть и в несколько ином виде) – например, в виде идей Платона или средневековых универсалий. Кроме того, появление общенаучных понятий – результат сближения наук; если пользоваться нашей терминологией, – сближения наук в эпоху метамодерна, которому предшествовали: изначальная синтетичность «науки наук» (и существование «общенаучных понятий» в виде философских категорий) в премодерне, разделение наук и появление терминологии и методологии отдельных наук в модерне, смешение терминологии, методологии наук, приемов искусства – в постмодерне. 


Общенаучные понятия напрямую связаны с процессом сближения наук, с феноменом единства общего и специального в науке. Важно, что общенаучные понятия отличаются от философских категорий, и широко применяются при изучении феноменов на стыке разных сфер научного знания (например, в психологии и педагогике). Это такие понятия, как «гипотеза», «модель», «структура», «организация», «система», «функция», «элемент» и т.д. 

--------

27 - Яковлева Г.В. Роль общенаучных понятий в формировании научного мировоззрения. : Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – 170 с.
28 - Яковлева Г.В. Роль общенаучных понятий в формировании научного мировоззрения. : Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – С.5

--------

 

Принцип, приписываемый Аристотелю, – «целое больше, чем сумма его частей» – впоследствии получил название «холизм» и был отражен в работе Я.Смэтса «Холизм и эволюция» (29). Смэтс пишет, что его работа посвящена некоторым из проблем, находящихся «в дискуссионных границах между наукой и философией» (300) – проблемам, которые являются своего рода точками соприкосновения между научным и философским знанием. По мнению Смэтса, именно эти точки очерчивают область прогресса в обеих областях, и заслуживают особого внимания (31). Тут, на наш взгляд, не столько о популярном в ХХ веке и сейчас понимании философии как метанауки (с присущим ему особенным вниманием к метанаучным областям, например, «философии культуры» или «философии математики», которые позднее получат также название «практической философии»), сколько о демаркации границ научного и философского знания: нужна ли демаркация, или имеет смысл искать точки соприкосновения и рассматривать их в качестве «плодотворной и творческой поверхности контакта» (32) между научным и философским знанием. Раскрытие научного и философского потенциала поля, очерченного «точками соприкосновения», требует пересмотра фундаментальных концепций философии в свете последних достижений науки. Необходимость такого пересмотра, связанная с кризисом классической картины мира и расцветом герменевтики, наталкивает автора на мысль о холизме – «философии целостности», лежащей в основе «синтетического характера вселенной» (33).

--------

29 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – 245 p.
30 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – P.9
31 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – P.9 
32 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – P.9
33 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – P.9

--------


Холизм – точка зрения, признающая приоритет целого по отношению к частям, и Смэтс убежден, что старые аналитические концепции и формулы больше не отвечают вызовам современности. «Духовный храм будущего, хоть и будет построен, в основном, из старых, надежных материалов, потребует нового, более широкого, фундамента, в свете значительного расширения наших интеллектуальных горизонтов» (34).


В этом контексте, на наш взгляд, стоит упомянуть Б.Рассела, понимавшего философию как «ничейную землю» между теологией и наукой (35): «Подобно теологии, она состоит в спекуляциях по поводу предметов, относительно которых точное знание оказывалось до сих пор недостижимым; но, подобно науке, она взывает скорее к человеческому разуму, чем к авторитету, будь то авторитет традиции или откровения. Все определенное знание, по моему мнению, принадлежит к науке; все догмы, поскольку они выходят за пределы определенного знания, принадлежат к теологии. Но между теологией и наукой имеется Ничейная Земля, открытая для атак с обеих сторон; эта Ничейная Земля и есть философия. Почти все вопросы, которые больше всего интересуют спекулятивные умы, таковы, что наука на них не может ответить, а самоуверенные ответы теологов более не кажутся столь же убедительными, как в предшествующие столетия. Разделен ли мир на дух и материю, а если да, то что такое дух и что такое материя? Подчинен ли дух материи, или он обладает независимыми силами? Имеет ли Вселенная какое-либо единство или цель? Развивается ли Вселенная по направлению к некоторой цели? Действительно ли существуют законы природы, или мы просто верим в них благодаря лишь присущей нам склонности к порядку? […] На такие вопросы нельзя найти ответа в лаборатории. Теологи претендовали на то, чтобы дать на эти вопросы ответы и притом весьма определенные, но самая определенность их ответов заставляет современные умы относиться к ним с подозрением. Исследовать эти вопросы, если не отвечать на них, – дело философии».

 

--------

34 - Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – P.10
35 - Рассел Б. История Западной философии и ее связи с политическими и социальными условиями от Античности до наших дней: В трех книгах. – М.: Академический Проект, 2009. – С.9-10

--------


На наш взгляд, «ничейная земля» в ХХ и ХХІ веках перестала быть таковой, из «ничейной превратившись во «всеобщую», в метанауку, способную объединить разрозненные области научного знания, предложив универсальную методологию, при помощи которой можно рассмотреть феномены, существующие на стыке разных наук. Таких феноменов в современном мире все больше, и самый яркий – социум, во всем многообразии его сторон: собственно социальной, культурной, политической, области права, экономической, духовной, экологической и т.д. Не стоит обделять вниманием и тот факт, что современный мир развивается в условиях усиливающейся глобализации, и глобальные феномены, формирующиеся на стыке разных социумов, культур, языков, мест, пространств, – тоже требуют изучения с применением целостной, холистической, интегративной методологии. 


Говоря о холистической философии, не можем не упомянуть синтетическую философию английского философа и социолога ХІХ века Г.Спенсера (36) («первого философа викторианской Англии», как его нередко называют). В этой связи интересен принцип, лежащий в основе синтетической философии Спенсера, выраженный им в философской полемике с позитивизмом Конта («Социальная статика» (37)). Принцип заключается в том, что, если цель, провозглашенная Контом, – это «связный отчет о прогрессе человеческих понятий», то цель самого Спенсера – «дать связный отчет о прогрессе внешнего мира». Философию он понимал как «вполне объединенное знание», «максимально обобщенное знание законов природной и социальной жизни» (38). Привлекает внимание и знаменитое спенсеровское определение эволюции: «Эволюция есть интеграция (приведение к членораздельному единству) материи, сопровождаемая рассеянием движения, во время которой материя переходит из состояния неопределенности, несвязной однородности к состоянию определенной и связной разнородности и во время которой неизрасходованное движение претерпевает аналогичное же превращение» (39). 

--------

36 - Спенсер Г. Синтетическая философия. – К.: Ника-центр, 1997. – 512 с. 
37 - Спенсер Г. Социальная статика. Изложение социальных законов, обуславливающих счастье человечества. – К: Гама-Принт, 2013. – 496 с. 
38 - Спенсер Г. Синтетическая философия. – К.: Ника-центр, 1997. – С. 8
39 - Спенсер Г. Синтетическая философия. – К.: Ника-центр, 1997. – С. 8

--------


Состояние «определенной и связной разнородности» – описание, которое соответствует нашему видению современности. Определенность сообщается, по нашему мнению, еще и растущей уверенностью человека в том, что будущее есть. Извечная тревога человечества перед будущим в ХХ веке возросла настолько, что оформилась в целое направление – философию будущего, основателем которой был американский философ, представитель философии прагматизма и аналитической философии, Р.Рорти. В своей лекции «Философия и будущее», ссылаясь на предположение американского социального философа Д.Дьюи, пишет, что уходит представление о философе как мудреце (созданное Платоном и Кантом), знающем безусловные внеисторические законы необходимости, и начинается новое понимание философии – «как вырастающей из конфликта между унаследованными институтами и несовместимыми с ними современными тенденциями» (40). Философ, таким образом, перестает быть мудрецом: по нашему мнению, он превращается в практика, «решающего», в том числе, конфликты между феноменами, идущими из прошлого, и современными тенденциями. «То, что может показаться нереальными притязаниями в контексте метафизических формулировок, — писал Дьюи, — становится очень значимым, когда увязывается с борьбой социальных верований и идеалов» (41). По мнению Рорти, Дьюи истолковал гегелевскую идею историчности как призыв к тому, что философы не должны пытаться быть авангардом общества и культуры, но должны удовлетвориться ролью посредников между прошлым и будущим. Их задача — соединить старые и новые верования, гармонизировать их, а не противопоставлять друг другу. Подобно инженеру и юристу, философ полезен в решении определённых проблем, возникающих в определённых ситуациях — когда язык прошлого пришёл в конфликт с потребностями будущего» (42).

 

--------

40 - Рорти Р. Философия и будущее. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://gtmarket.ru/personnels/john-dewey
41 - Dewey J. Reconstruction in Philosophy. The Middle Works of John Dewey, 1899–1924, ed. Jo Ann Boydston et al. // Carbondale: Southern Illinois University Press. – 1976–1983. – Vol. 12. – P.94
42 - Рорти Р. Философия и будущее. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://gtmarket.ru/personnels/john-dewey

--------


Р.Рорти предлагает три примера подобных конфликтов: Первый — это необходимость примирить моральные установки, облачённые в язык христианской теологии с новой научной картиной мира, возникшей в XVII веке. В XVII и следующем веке философы пытались рассматривать моральные интуиции как нечто иное, чем воля вневременного, но все ещё антропоморфного божества, чьё существование было трудно совместить с механистической картиной мира, предложенной Галилеем и Ньютоном. С этой точки зрения, системы Лейбница, Канта и Гегеля направлены на примирение христианской этики и коперниканско-галилеевской науки — чтобы эти две хорошие вещи не были помехами друг другу. […] Второй пример — предположение Дарвина, что мы должны рассматривать человека скорее как более сложное животное, чем как животное, наделённое дополнительным компонентом, именуемым «интеллектом» или «разумной душой». Это предположение ставит под вопрос не только надежду освободиться от времени, но и различие между приспособлением к реальности и знанием реальности. Дарвин заставил философов осознать, что они должны переосмыслить человеческую деятельность так, чтобы исключить неожиданные перерывы в эволюционном развитии. Это означало переосмысление отношения между биологической и культурной эволюцией: сглаживание различия между Природой и Духом, различия, которое каждый, от Платона до Гегеля, исключая случайных эксцентриков, подобных Гоббсу и Юму, считал само собой разумеющимся. Новые требования, которые наложило на философов учение Дарвина о происхождении человека» увязываются с моим третьим примером внефилософской новации: возникновения массовой демократии. Если два первых радикальных изменения произошли в сфере науки, то третье связано с политическими процессами. Массовая демократия как успешная практическая реализация идеи, что все, подвергающееся воздействию политических решений, должно иметь силу влиять на эти решения, — противоречит платоновскому различию между рациональным поиском истины, свойственным мудрецам, и потоком страстей, характерным для большинства. Соединившись с дарвиновским преодолением разрыва между человеком и животными, практика массовой демократии поставила под вопрос целый ряд других различий: между когнитивным и не-когнитивным, разумом и страстью, логикой и риторикой, истиной и полезностью, философией и софистикой». Рассуждая в предложенных нами терминах, можем предположить, что приведенные Р.Рорти примеры знаменуют собой своеобразные этапы развития человеческой мысли и науки в целом. Первый этап – примирение христианских установок с новой научной картиной мира знаменует собой оформление модерна, второй этап – сглаживание различий между Природом и Духом – наступление постмодерна. Третий этап – сомнение в различиях между разумом и страстью, логикой и риторикой, истиной и полезностью, философией и софистикой (мы бы добавили от себя – философией и практикой) – знаменует собой переход к метамодерну.


Интересно, что упомянутый выше дж. Дьюи, по словам Р.Рорти, принимал предположение Локка, что роль философа – «быть чернорабочим, разгребающим старье прошлого, чтобы очистить место для построения будущего» (43). В метамодерне философ становится в прямом смысле строителем будущего, причем философом, по большому счету, является каждый человек.


Фактически, философия будущего касается не только осмысления будущего как такового, но и роли философии в его осмыслении, и даже больше – роли философии в будущем. Кроме того, в ХХ веке появился термин «футурология» («социология будущего», «перспективная история») – термин, предложенный немецким социологом, политологом, футурологом О.Флетхаймом (в частности, упоминается, что этот термин встречается в его письме к английскому писателю и философу О.Хаксли («О дивный новый мир» (44)). Флетхайм вводит термин «футурология» в 1943 году как систематический и критический подход к проблематике изучения будущего. В своей публикации «Учить будущее»  (“Teaching the Future”, 1945) он рассматривал «курс на будущее» и позднее, в эссе «Обсуждение будущего» (Discussion on Future Research, 1969) он писал: «это попытка обсудить эволюцию человека и его общества во времени, которое до сих пор не использовалось, – будущем. Думается, что, мобилизуя постоянно растущие ресурсы науки и исследований, мы могли бы достичь большего, чем при использовании ретроспективного анализа и гипотетических прогнозов: по крайней мере, мы могли бы установить степень вероятности этих прогнозов» (46). Это утверждение родоначальника футурологии видится справедливым по отношению к характеру всей современной эпохи, которую мы называем «эпоха метамодерна»: одним из ее признаков мы назовем «перспективный нарратив», который представляет собой предоставляемую современностью уникальную возможность не только прогнозировать, но и проектировать, создавать собственное будущее, собственную перспективную реальность. 

--------

43 - Рорти Р. Философия и будущее. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://gtmarket.ru/personnels/john-dewey
44 - Хаксли О. О дивный новый мир: роман. / Пер. с англ. О. Сороки. — Москва: АСТ, 2019. — 351 с.
45 - Teaching the Future // Journal for Higher Education. – № 16, 1945. – P. 460-465
46 - Fromm E. Father of Futurology // Berlinische Monatsschrift Heft. – № 3. – Berlin: Edition Luisenstadt, 1999. – P. 50–57

--------


В 1970 Флетхайм публикует трактат «Футурология: битва за будущее» («Futurology: The battle for the future»; оригинальное немецкое название – «Futurologie. Der Kampf um die Zukunft» (47)), где подверг критике и исследования будущего на Западе, и социалистический «технократический подход». Вместо этого он предложил модель «освобождения будущего» за пределами капиталистических и коммунистических систем – новую демократическую альтернативу существующим обществам» (48). Мы выдвигаем предположение, что «новая демократическая альтернатива» уже наступила, но предлагаем трактовать демократию двояко: не только как систему государства, где источником власти является народ, но и как возможность управления каждым отдельным человеком всеми сферами своей жизни.
 

В ХХ веке увидели свет книги, написанные в духе «философии будущего» и футурологии. Среди таких книг (написанных преимущественно в пессимистичном ключе): «Шок будущего» (49) («Футурошок») Э.Тоффлера, «Конец истории» (50) Ф.Фукуямы, «Закат Европы»  (О.Шпенглера). «Закат Европы» (51) О.Шпенглера (1918) – раннее произведение этого ряда, попытка «предопределить историю», «проследить судьбу культуры, именно, единственной культуры, которая нынче на этой планете находится в процессе завершения, западноевропейско-американской культуры, в ее еще не истекших стадиях» (52). Оптимистичные немецкие теории, где история рассматривается как процесс, развивающийся от меньшего к большему (это и теория И.Гердера об истории человечества (53), и учение Г.Гегеля о развитии Мирового Духа в истории (54), и даже марксистская формационная концепция) в ХХ веке сменяются предчувствием скорого конца привычного западного мира, наступления неизвестной новой эпохи (Тоффлер, Фукуяма). Даже «Восстание масс» Х.Ортеги-и-Гассета (1929) написано в духе констатации конца старого мира и зарождения нового – «мира массы». Новый «массовый человек» – это человек эпохи постмодерна, хотя об этом у Ортеги нет ни слова: сама концепция постмодерна как эпохи и постмодернизма как направления в искусстве появится позже.

--------

47 - Futurologie. Der Kampf um die Zukunft, Köln: Wiss. u. Pol., 1982. – 432 p.
48 - Kessler M. Between History and Futurology: Ossip K. Flechtheim // German Scholars in Exile: New Studies in Intellectual History, Lexington Books, 2011. – PP. 173–210
49 - Тоффлер Э. Шок будущего. - СПб.: Лань, 1997. – 464 с.
50 - Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек / Ф. Фукуяма; Пер. с англ. МБ. Левина. — M.: OOO «Издательство ACT: ЗАО НПП «Ермак», 2004. — 588 с.
51 - Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. – Т. 1. – М., Мысль, 1993. – 663 с.
52 - Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. – Т. 1. – М., Мысль, 1993. – С. 128
53 - Гердер И.Г. Идеи к философии истории человечества. – М.: Наука, 1977. – 703 с.
54 - Гегель. Феноменология Духа. Философия истории. — М.: Эксмо, 2007. — 880 с.

--------


Вопрос «что дальше» – один из основных вопросов постмодерна как эпохи. Разделяя постмодернизм в искусстве и социально-культурный постмодерн (по большому счету – отделяя эпоху постмодерна от направления в искусстве), мы склоняемся к мысли, что постмодерн как эпоха опережает наступление постмодернизма. Напомним, что, по мнению ряда авторов, постмодерн как эпоха не наступил до сих пор, мы все еще живем в «длящемся модерне». Мы полагаем, что постмодерн наступил и закончился, уступив место метамодерну – новой «эпохе будущего», когда ответ на вопрос «что дальше» – все еще открыт (и дает возможности для прогнозирования), но настроение в целом оптимистичное. Единственный определенный ответ на вопрос «что дальше», который мы можем дать уже сейчас, – дальше – будущее, или шире – «будущее есть».


Литература к фрагменту

  1. Dewey J. Reconstruction in Philosophy. The Middle Works of John Dewey, 1899–1924, ed. Jo Ann Boydston et al. // Carbondale: Southern Illinois University Press. – 1976–1983. – Vol. 12. – P.94

  2. Fromm E. Father of Futurology // Berlinische Monatsschrift Heft. – № 3. – Berlin: Edition Luisenstadt, 1999. – P. 50–57

  3. Futurologie. Der Kampf um die Zukunft, Köln: Wiss. u. Pol., 1982. – 432 p.

  4. Kessler M. Between History and Futurology: Ossip K. Flechtheim // German Scholars in Exile: New Studies in Intellectual History, Lexington Books, 2011. – PP. 173–210

  5. Smuts J.C. Holism and Evolution. – London: Macmillan, 1936. – 245 p.

  6. Teaching the Future // Journal for Higher Education. – № 16, 1945. – P. 460-465

  7. Гегель. Феноменология Духа. Философия истории. — М.: Эксмо, 2007. — 880 с.

  8. Гердер И.Г. Идеи к философии истории человечества. – М.: Наука, 1977. – 703 с.

  9. Рассел Б. История Западной философии и ее связи с политическими и социальными условиями от Античности до наших дней: В трех книгах. – М.: Академический Проект, 2009. – 1008 с.

  10. Рорти Р. Философия и будущее. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://gtmarket.ru/personnels/john-dewey

  11. Спенсер Г. Синтетическая философия. – К.: Ника-центр, 1997. – 511 с.

  12. Спенсер Г. Синтетическая философия. – К.: Ника-центр, 1997. – 512 с. 

  13. Спенсер Г. Социальная статика. Изложение социальных законов, обуславливающих счастье человечества. – К: Гама-Принт, 2013. – 496 с. 

  14. Тоффлер Э. Шок будущего. - СПб.: Лань, 1997. – 464 с.

  15. Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек / Ф. Фукуяма; Пер. с англ. МБ. Левина. — M.: OOO «Издательство ACT: ЗАО НПП «Ермак», 2004. — 588 с.

  16. Хаксли О. О дивный новый мир: роман. / Пер. с англ. О. Сороки. — Москва: АСТ, 2019. — 351 с.

  17. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. – Т. 1. – М., Мысль, 1993. – 663 с.

  18. Булыко  Н.А. Современный словарь иностранных слов. – М: Издательство: Мартин, 2006. – 848 с.

  19. Асимов М.С., Турсунов А. Современные тенденции интеграции наук. – М.,1984. – С.62-64

  20. Ахлибинский Б.А. Категориальный аспект понятия интеграции / Б.А. Ахлибинский // Диалектика как основа интеграции научного знания. Под ред. А.А. Королькова. – Л.: Изд. ЛГУ, 1984. – С. 50-60

  21. Буш Г.Я. Методологические основы научного управления изобретательством. – Рига: Издательство «Лиесма», 1974. – 169 с.

  22. Буш Г.Я. Проблемы интеграции научного знания: Теоретико-методологический аспект. – Рига: Лиесма,1989. – 196 с.

  23. Волков М.Л. К проблеме единства научного знания // Философско-социологические проблемы науки. Вып. 2. M.: Наука, 1977. – 432 с.

  24. Готт B.C. Материальное единство мира и единство научного знания // Диалектика в науках о природе и человеке: Единство и многообразие мира, дифференциация и интеграция научного знания. – М., 1983. – С.243-247

  25. Готт B.C., Семенюк Э.П., Урсул А.Д. О единстве научного знания. – М.: Знание, 1977. – 64 с. 

  26. Гузеев В.В. Теория и практика интегральной технологии. – М.: Народное образование, 2001. – 224с.

  27. Данилюк А.Я. Учебный предмет как интегрированная система // Педагогика. – 1997. – №4. – С. 24-28

  28. Дик Ю.И., Пинский А.А. Интеграция учебных предметов // Советская педагогика. – 1987. – № 9. – С. 42-47

  29. Каратеев В.П. Единство, интеграция, синтез научного знания. – Саратов: Изд-во Саратовского ун-та,1987. – 176 с. 

  30. Каратеев В.П. Критерии единства наук в условиях современной научно-технической революции. – Саратов: СГУ, 1985 – 193 c.

  31. Каратеев В.П. Многообразие форм единства естественных, общественных и технических наук. – Саратов: СГУ, 1983. – 80 с.

  32. Кудряшев А.Ф. Единство наук: основания и перспективы. Свердловск: Изд-во Уральск.ун-та, 1988. – 184 с.

  33. Потков, Л.Л. О взаимодействии наук в развитии знания / Л.Л. Потков // Диалектика в науках о природе и человеке. – М.: Наука, 1983. – С. 299-304

  34. Кравец А.С. Типы интеграционных процессов в науке. – М.: Наука, 1981. – 278 с.

  35. Чепиков М.Г. Интеграция науки: философский очерк. – М.: Мысль, 1975. – 245 с.

  36. Краснояров К.П. Методологические принципы комплексных научных исследований и их роль в интеграции науки: Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – 145 с.

  37. Яковлева Г.В. Роль общенаучных понятий в формировании научного мировоззрения: Дис. ... канд. филос. наук : 09.00.01. – Москва, 1984. – 170 с.

©2019 - 2020 Метамодерн Институт Психологии и Творчества Павла Пискарёва

Политика конфиденциальности | Пользовательское соглашение

  • Facebook
  • Instagram
  • Vkontakte Social Иконка
  • Одноклассники Social Иконка
  • YouTube