Метамодерн: к постановке проблемы

              Пискарёв Павел Михайлович к.п.н.

                             Институт психологии творчества

                                                                                                      Ректор

 

The question of what is the era we are living now – postmodern or the lasting modern– is still relevant. It is a part of a big " modernism dispute" in which outstanding minds of our time – both Russian, and western participate. 

Authors of the article suggest going further – from a philosophical discourse about modernism to conceptualization of a metamodernism as a special condition of society and new era in which coexist the conservatism as a property of premodern; effusiveness as a line of modern; aspiration to transformation as a characteristic of postmodern. The article suggests a four-component paradigm model of removability of eras and at the same time describes the current moment in history: premodern, modern, postmodern, metamodern.

 

Keywords: premodern, modern, postmodern, metamodern, postmodernism, metamodernism.

 

Аннотация

 

Вопрос о том, что такое современность – постмодерн или длящийся модерн – все еще актуален. Это часть большого «спора о модерне», в котором участвуют выдающиеся умы современности – как российские, так и западные ученые. Авторы статьи предлагают пойти дальше – от философского дискурса о модерне – к концептуализации метамодерна как особого состояния общества и новой эпохи, в которой сосуществуют консерватизм как свойство премодерна, экспансивность как черта модерна, стремление к трансформация как характеристика постмодерна. В статье представлена четырехкомпонентная парадигмальная модель сменяемости эпох и (одновременно) современности: премодерн, модерн, постмодерн, метамодерн.

 

Ключевые слова: премодерн, модерн, постмодерн, метамодерн, постмодернизм, метамодернизм.

Актуальность темы метамодерна обусловлена, во-первых, самим характером эпохи, в которую мы живем, ее социально-культурными и социально-психологическими, экономическими, политическими особенностями и тем многообразием названий, которое дают ей современные исследователи. «Постиндустриальный мир», «эпоха глобализации», «информационная эпоха», «общество постинформации», «эпоха постмодерна» («постпостмодерна») – вот немногие из множества эпитетов, которыми наделяют современные исследователи общемировое и локальные социально-культурные пространства. Тут стоит вспомнить и довольно новый термин французского искусствоведа Николя Буррио – «альтермодерн» (новая культурная парадигма в условиях глобализации; то, как открытость границ стимулирует появление новых кросскультурных форм).

Вопрос о том, что такое современность – постмодерн или длящийся модерн – все еще открытый: так, культуролог В.А.Куренной уверен, что модерн все еще продолжается (1,2), а социальный философ, философ истории Н.С.Розов (3) настаивает на том, что «классический модерн действительно завершился» (4). В.И.Спиридонова (5), главный научный сотрудник Института философии РАН, пишет о «новой современности» и «контурах нового общества», которые осмысляет в понятиях «сверхмодерна», «гипермодерна», метамодерна. Современный российский философ Г.Э.Ирицян в своей статье «Конец постмодерна или его кризис?» (6) перечисляет термины, используемые для вновь нарождающейся реальности: постпостмодерн, трансмодерн, псевдомодерн, метамодерн, afterpostmodernism. Такое разнообразие названий не должно, однако, уводить исследователя от сути проблемы: «ситуации изживания постмодернистских оснований в обществе и культуре и выходу в новое духовно-эстетическое состояние, обещающее решение задач, непосильных для постмодерна с его плюралистическим и ацентрическим началом» (7). 

--------

1 - Куренной В.А. Хипстер – это Жан-Жак Руссо: культуролог Куренной о слове на букву «Х» // Афиша Daily. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://daily.afisha.ru/archive/gorod/people/hipster-eto-sovremennyy-zhanzhak-russo-vitaliy-kurennoy-o-novom-pokolenii

2 -  Куренной В.А. Иррациональная сторона рационального // Отечественные записки. – 2013. – № 1 (52). – С.70-78

3 -  Розов Н.С. Когда началась эпоха модерна и закончилась ли она? // Сибирский философский журнал. – 2018. – № 2. – С. 63-74

4 -  Розов Н.С. Когда началась эпоха модерна и закончилась ли она? // Сибирский философский журнал. – 2018. – № 2. – С. 70

5 - Спиридонова В.И. «Новая современность» и традиционные ценности // Философские науки. – 2017. – №6. – С. 35-49

6 - Ирицян Г.Э. Конец постмодерна или его кризис? // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2016. – №4. – С.63-66

7 - Ирицян Г.Э. Конец постмодерна или его кризис? // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2016. – №4. – С.63
--------

Американский социолог И.Валлерстайн (8), автор концепции «мир-системного анализа» и теоретик капиталистической «мир-системы» современности также называет нынешний период развития мирового сообщества модерном и утверждает, что современная мир-система берет начало в «длинном XVI веке», длившемся с 1450 до 1650 гг. По мнению Валлерстайна, до «длинного XVI века», продолжающегося по сей день, существовало множество «исторических систем»: минисистемы и мир-системы. Периодизация Валлерстайна любопытна: первобытным обществам соответствовали «минисистемы» (основаны на отношениях взаимообмена), более сложным аграрным обществам соответствовали «мир-системы». Мир-системы, в свою очередь, подразделяются на два типа: «мир-экономики» (системы обществ, не объединенных в единое политическое образование, но тесно связанных экономически) и «мир-империи» (политические объединения под властью государства, взимающего налоги с провинций и колоний). Мир-экономики тяготеют к превращению в мир-империи, однако средневековая европейская мир-экономика превратилась в современную капиталистическую мир-систему. «Длинный XVI век», несмотря на размытость временных границ эпохи модерна (исследователи соотносят ее начало с окончанием Средневековья), – начало модерна. 

Еще более смел в определении временных рамок модерна А.Тойнби (9), который относит начало «эры модерна» к XIV веку (впрочем, эпоха постмодерна, согласно британскому историку и философу, начинается уже после 1875 г.(10)). Итак, согласно Тойнби, модерн завершился в конце XIX века, в то время как Валлерстайн полагает, что модерн все еще продолжается.

Несмотря на устойчивость термина «модерн» применительно к современности, в русскоязычном научном социально-гуманитарном пространстве часто встречается и термины «метамодерн», «метамодернизм»: «Как метамодерн привел к политической сатире и новому популизму» (11), «Метамодерн в праве: осцилляция в точке Канетти. Статья I. Пролиферация норм и разум» (12), «Парадигмы постмодерна как доказательство метамодернистских тенденций» (13), «Идеологический проект «современности»: от модерна к метамодерну» (14), «Психологические особенности человека культуры метамодернизма» (15), «Метамодернизм в психологии или уход от игры в жизнь к ее перформатизму» (16), «Особенности метамодернистской философии как новый способ восприятия мира» (17), «Метамодернизм как попытка преодоления постмодернизма: анализ стадий освобождения на основе работы Харольда Блума «Страх влияния» (18), «Забота об идентичности: непрерывное образование vs исчезновение себя в период метамодерна» (19) и др.

 

--------

8 - [1] Валлерстайн И. Мир-система Модерна. Том 1. Капиталистическое сельское хозяйство и истоки европейского мира-экономики в XVI веке. – М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2015. – 592 с.

9 - Тойнби А. Постижение истории. Перевод с английского Е. Д. Жаркова. — М.: Айрис-Пресс, 2010. — 640 с.
10 - Современные философы о проекте модерна // История философии: Запад-Россия-Восток (книга четвёртая. Философия XXв.). – М.: «Греко-латинский кабинет» Ю.А. Шичалина, 1999. – 448с. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000197/st112.shtml
11 - Хохлова Д.Д. Как метамодерн привел к политической сатире и новому популизму // Власть. – 2017. – № 8. – С. 59-63
12 - Бавсун М.В., Попов Д.В. Метамодерн в праве: осцилляция в точке Канетти. Статья I. Пролиферация норм и разум // Научный вестник Омской Академии МВД России. – 2018. – № 4 (71). – С. 62-70
13 - Мальцева Р.И. Парадигмы постмодерна как доказательство метамодернистских тенденций // Кросс-культурное пространство литературной и массовой коммуникации – 6. – Материалы международной научной конференции. – 2018. – С. 291-297
14 - Залетов А.В. проект «современности»: от модерна к метамодерну // XLVI Итоговая студенческая научная конференция Удмуртского государственного университета. – 2018. – С. 345-348
15 - Гребенюк А.А., Носовцов А.Е. Психологические особенности человека культуры метамодернизма // Гражданское общество: проблемы и перспективы. – 2017. – С. 7-11
16 - Гребенюк А.А. Метамодернизм в психологии или уход от игры в жизнь к ее перформатизму // World Science: Problems and Innovations сборник статей победителей VI Международной научно-практической конференции: в 2 частях. – 2016. – С. 313-316
17 - Кисляков А.Н. Особенности метамодернистской философии как новый способ восприятия мира // Аллея науки. – 2018. – № 6 (22). – С.270-273

18 - Журавлева У.В. Метамодернизм как попытка преодоления постмодернизма: анализ стадий освобождения на основе работы Харольда Блума «Страх влияния» // Сборник статей VIII Международного научно-практического конкурса: в 2 частях. – 2017. – С. 100-104

19 - Безрогов В.Г., Пичугина В.К. Забота об идентичности: непрерывное образование vs исчезновение себя в период метамодерна // Социум и власть. – 2014. – №6 (50). – С. 116-123

--------

Важно разделять понятия «метамодерна» и «метамодернизма». Метамодернизм, по аналогии с постмодернизмом (и постпостмодернизмом), – понятие, имеющее отношение не столько к обществу, сколько к культуре и искусству. 

Термин «метамодернизм» впервые заявлен молодыми нидерландскими учеными Т.Вермюленом и Р. Ван дер Аккером, специалистами по современным медиа. В статье «Заметки о метамодернизме» (20) Вермюлен и Аккер пишут (21): «Постмодернистские годы избыточности, пастиша, паратаксиса – закончились. […] Мы наметим контуры нового дискурса, анализируя последние события архитектуры, искусства и кино. Мы будем называть этот дискурс колебания между энтузиазмом модерна и иронией постмодерна, – метамодернизмом», и далее (22): «история, кажется, стремительно движется за пределы ее (слишком поспешно провозглашенного) конца». Итак, современность – не конец истории, история продолжается «после конца», а метамодернизм – колебания между энтузиазмом модерна и иронией постмодерна. Важно отметить, что нидерландские авторы термина «метамодернизм» делают акцент на искусстве, но «энтузиазм модерна», как и «ирония постмодерна», могут, по нашему мнению, выступать характеристиками не только искусства, но и метамодерного социума в целом. В этом случае речь идет не о метамодернизме (как искусствоведческом термине), а о метамодерне (как эпохе и особом состоянии социально-культурного пространства).

Если начало модерна как эпохи Нового времени, посттрадиционной, индустриальной, капиталистической – прослеживается, то конец ее размыт. Даже сторонники «длящегося модерна» соглашаются с тем, что модерн в классическом его понимании уже в прошлом. Встает вопрос о переломном моменте – когда именно завершился модерн? Н.С.Розов (23) пишет о «трех претендентах на роль конца классического модерна»: «Первый – философский – связан с широким признанием фиаско надежд логицизма, логического позитивизма представить универсальную систему научного языка, лишенного парадоксов и недостатков. В 1970-е гг. широкое обсуждение книг Т.Куна и М.Фуко, становление постпозитивизма, неоструктурализма, лингвистический поворот привели к рождению открыто антипросвещенческой и антисциентистской философии «постмодернизма». Второй перелом – идеологический – произошел в связи с распадом Варшавского блока (1989 г.) и СССР (1991 г.), когда коммунистическая альтернатива мирового развития окончательно угасла. Провозглашенный Ф.Фукуямой «конец истории» фактически означал конец классического противостояния идеологий как значимого смыслового содержания классического модерна. Наконец, третий перелом, который назовем «глобально-поляризационным», – это серия терактов 11 сентября 2001 г., ставших символом глубокого и растущего разрыва между группами обществ, одни из которых быстро развиваются и богатеют, а другие не желают мириться со своим отставанием, бедностью, подверженностью внешнему влиянию, и заинтересованы в конфликтах, войнах, отчуждении, вкладывают ресурсы в поддержание напряженности и конфронтацию. […] Три вехи, знаменующие окончание классического модерна, имеют сквозной смысловой инвариант, который можно назвать «расставание с великой рациональной надеждой». В философском переломе интеллектуалы расстались с надеждами построить абсолютно безукоризненную логическую и языковую систему. В идеологическом переломе политики и идеологи расстались с надеждами на построение мира без неравенства и эксплуатации. В глобально-поляризационном переломе сами общества и государства расстались с надеждами на глобальное будущее без международного отчуждения, войн, кровавых конфликтов (24).

--------

20 - Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1-14 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf

21 - Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf

22 - Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf

23 - Розов Н.С. Когда началась эпоха модерна и закончилась ли она? // Сибирский философский журнал. – 2018. – № 2. – С. 63-74

24 - Розов Н.С. Когда началась эпоха модерна и закончилась ли она? // Сибирский философский журнал. – 2018. – № 2. – С. 70-71

--------

«Расставание с надеждами» и «конец эпохи» – популярные настроения на сломе веков. История, тем не менее, продолжается и «после истории», и новая эпоха требует своего названия. Отметим, что в рамках данной статьи мы не будем полемизировать со сторонниками идеи длящегося модерна (не вступим, иными словами, в «спор о модерне». Возможно, такой полемике, а также подробному анализу признаков модерна, их продолжения или прекращения в период современности следует посвятить отдельную статью.

Итак, модерн закончился и встал вопрос о названии для новой эпохи. Это название – постмодерн («эпоха постмодерна») описывает ситуацию в обществе, отличительной чертой которого, согласно общепринятым определениям, является размывание основ индустриального общества, «постиндустриальность», «информационность». Постмодерну свойственен распад старой, «модерновой», «капиталистической» социальной организации: изменение социальной стратификации, экономической сферы, отхождение парадигмы «царствования человека над природой», особого типа рациональности – «рациональности прогресса». Связка «модерн-постмодерн» известна, сравнительный анализ данных эпох многократно проведен (пусть и без выделения общепризнанных «общих мест»).

 

Так, Ж.-Ф. Лиотар в своей книге «Состояние постмодерна» (25) пишет, что модерн как «эпоха метанарративов», «великих идеологических повествований», веры в господство разума и прогресса, эпоха принципиальной познаваемости мира – завершается. Точка невозврата – Вторая Мировая война. «Великие повествования», крупные мировые доктрины, больше не могут быть рассказами о каждом из нас; в новую эпоху важны «микронарративы» – «маленькие» стремления, верования, убеждения, желания конкретных людей.

У. Эко (26) трактует постмодернизм не как новую, только сейчас наступившую, эпоху, а как особое («духовное») состояние, характеризующее смену эпох. С этой точки зрения, и «модернизм», и постмодернизм – не уникальные эпохи, а многократно существовавшие состояния общества; иными словами – у каждой эпохи есть свой «постмодернизм» как выражение ее кризиса. Созвучный У.Эко, российский культуролог и писатель А.Е.Чучин-Русов определяет постмодерн как ситуацию кризиса культуры модерна (культурной модели Нового времени) (27).

Ю.Хабермасу принадлежит «Философский дискурс о модерне» (28), программное произведение по истории, теории и философии модерна, выросшее из предварительного короткого доклада «Модерн – незавершенный проект». В «Философском дискурсе» Хабермас осмысливает модерн из «эпохи постмодерна», возвращается к его истокам, подчеркивает, что первым философом, заявившим и развившим понятие модерна, был Гегель. «Поэтому, если мы хотим понять, что означала внутренняя связь между модерностью и рациональностью (до Макса Вебера ее очевидность не подвергалась сомнению, сегодня же она поставлена под вопрос), мы должны обратиться к Гегелю. Важно удостовериться в гегелевском понятии модерна, чтобы быть в состоянии судить о справедливости притязаний тех, кто исследует модерн, исходя из других предпосылок» (29). И далее: «Гегель однажды использует понятие модерна в историческом контексте как понятие эпохи: «новое время» есть «время модерна». Это соответствовало английскому и французскому словоупотреблению того периода: modern times и, соответственно, temps modernes обозначали к 1800 г. три последние, к тому времени истекшие столетия. Открытие Нового Света, а также Ренессанс и Реформация — эти три великих события, произошедших около 1500 г., образуют порог эпох между Новым временем и Средними веками. Данными суждениями Гегель отграничивает также […] германский христианский мир, который как таковой произошел из римской и греческой античности. Принятое еще и сегодня […] членение на Новое время, Средние века и Древность (или новую, средневековую и древнюю историю) могло сложиться только после того, как термины «новое время» или «время модерна» («новый мир» или «мир модерна») утратили свой чисто хронологический смысл и стали означать новый век, явно оппозиционный по отношению к прошлому» (30). Мир гегельянского модерна отличается, по мнению Хабермаса, от предшествующей эпохи «тем, что открывает себя будущему», а современность – не что иное, как водораздел, эпоха разрыва с прошлым. Современность модерна как «актуализация новейшего времени» впервые использует понятия, сохранившие свое значение и по сей день: «развитие», «прогресс», «кризис», «революция», «эмансипация». Модерн «больше не может и не хочет формировать свои ориентиры и критерии по образцу какой-либо другой эпохи, он должен черпать свою нормативность из самого себя» (31). 

--------

25 - Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. – Пер. с франц. Н. А. Шматко. – М.: Институт экспериментальной социологии; СПб.: Алетейя. – 1998. – 160 с.

26 - Эко У. Заметки на полях «Имени розы». // Иностр. лит. – М.: 1988. – № 10. – С. 193–230

27 - Чучин-Русов А.Е. Конвергенция культур /А.Е.Чучин-Русов, Ин-т «Открытое общество». – М.: Магистр, 1997. – 40 с.

28 - Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — 416 с.

29 - Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — С.10

30 - Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — С.12

31 - Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — С.12

--------

Хабермас пишет, что «свое исключительное положение» модерн теряет в философии Ф.Ницше: оказывается, что за эпохой «современности» может следовать что-то еще, некая «постсовременность». Предыдущие эпохи тоже имели свои «переломные точки»: Сократ как «разложение архаической жизни» и начало философии, Христос как «распад мифа» и точка отсчета нашей эры и церковного монотеизма. Ницше, по мнению Хабермаса, – своего рода «точка отсчета» эпохи постмодерна; он «прощается с разумом» и отказывается от идеалов Просвещения, предпочитая разуму миф («эстетически обновленную мифологию» (32), «диониссийское и аполлоническое»). В этом – противоречие философии Ницше с духом эпохи модерна: «Сознание эпохи модерна запрещает всякие мысли о регрессии, о неопосредованном возвращении к мифическим первоистокам. Горизонт для пробуждения мифического прошлого образует исключительно будущее: «Заветы прошлого — это всегда изречения оракула: только в качестве строителей будущего и знатоков настоящего вы поймете их». Эта утопическая установка, которая обращена к грядущему богу, отличает позицию Ницше от реакционного призыва «Назад к первоистокам!» (33). В «Рождении трагедии из духа музыки», по мнению Хабермаса, содержится своего рода «теодицея мира»: мир, со всеми его несправедливостями, приносящими страдание, может быть оправдан только как эстетический феномен, как произведение искусства. 

Эта точка зрения Ницше, по нашему мнению, принадлежит постмодерну. С наступлением новой эпохи мир нуждается в новой рациональности, и Ницше предлагает рассматривать мир, во всем многообразии его проявлений, как произведение искусства. Думается, что такой подход содержит в себе некоторую «диссоциацию»: чтобы быть способным наблюдать несправедливости этого мира, касающиеся его непосредственно, человек новой эпохи должен отстраняться от происходящего с ним. Этим, среди прочего, подчеркивается ориентированность новой эпохи на субъекта: искусство неизбежно нуждается в субъекте как зрителе и ценителе. Для модерна субъект не так важен, модерн нацелен на человечество в целом (в некоторых проявлениях – на «западный мир» или определенный социальный класс), на окружающий мир и научные открытия; это «эпоха принципиальной познаваемости мира» по Лиотару. Модерну не нужно «оправдания мира искусством», ему достаточно «просветительской теодицеи», оптимистичной устремленности в будущее: мир хорош уже потому, что движется к некоторому «гуманистическому максимуму» (И.Гердер), или высшей степени развития мирового Духа (Г.Гегель). 

И.П. Ильин (34), отечественный теоретик постмодернизма, понимает постмодернизм как своего рода мифологизированное научно-художественное «самосознание эпохи» (созвучно с гегельянским «Духом эпохи»), в котором соединяются несоединимые, противоречивые явления. По мнению Г.Э.Ирицяна (35), речь у Ильина «идет о преобладании в последние 30 лет художественного способа мышления, когда любой научный анализ начинает оформляться по законам художественного творчества, как «нарратив», то есть рассказ со всеми его свойствами и признаками беллетризованного повествования. Сам же постмодернизм, по Ильину, превращается в своеобразную «философию культурного сознания» и в качестве теоретического обоснования обращается к постструктурализму и деконструктивизму» (тут стоит вспомнить программное произведение Ильина «Постструктурализм. Деконструктивизм (36). Постмодернизм»).

Г.Э.Ирицян, ссылаясь на мнение российского философа и культуролога П.К.Гречко (37), пишет: «постмодернизм выступает по отношению к модерну в качестве социально-исторической фронды, то есть опровержения, критики, иронии и насмешки. Такого рода опровержение, прежде всего, относится к духовным основам модерна, состоящим из трех базовых идей – Разума, Прогресса и Эмансипации. Как считает профессор Гречко, все три базовые идеи критикуются постмодерном не сами по себе, а за их просвещенческую заданность». «Просвещенческая заданность» (38), как и рационализм, и ориентированность на науку, – ключевые черты эпохи модерна.

--------

32 - Фридрих Ницше: Собрание сочинений. – Т. 1. – Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм. Несвоевременные размышления. – Спб.: Пальмира, 2017. – 479 с.
33 - Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — С.97
34 - Ильин И.П. Постмодернизм от истоков до конца столетия: эволюция научного мифа. – М.: Интрада, 1998. – 255 с.
35 - Ирицян Г.Э. Конец постмодерна или его кризис? // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2016. – №4. – С.64
36 - Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. – М.: Интрада, 1996. – 252 с.
37 - Гречко П.К.. Концептуальные модели истории. – М.: Логос, 1995. – 144 с.
38 - Ирицян Г.Э. Конец постмодерна или его кризис? // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2016. – №4. – С.63

--------

По нашему мнению, эпоха модерна (как эпоха науки) носила экспансивный характер: наука – экспансивный феномен, она стремится к заполнению «белых пятен» данного в ощущениях мира, к освоению больших территорий во всех областях человеческого знания. В эпоху модерна акцент смещается с внешнего мира и больших социальных групп – на индивида и его отдельную жизнь (это подкрепляется и приведенной выше мыслью Ж.-Ф.Лиотара о микронарративах постмодерна и важности стремлений, убеждений и жизней отдельных людей). Эпоха постмодерна – это эпоха трансформации: социальной (изменение социальной структуры общества), психологической (появление практической психологии, обращение к внутреннему миру человека и признание его важности), телесной (развитие медицины, появление технологий трансплантации органов и пластической хирургии, зарождение культуризма как «культуры тела» и т.д.). 

Обратим внимание на двойственный характер эпохи постмодерна. В постмодерне происходит, с одной стороны, движение к отдельному индивиду (от условного «мы» к «я»), индивидуализация. С другой стороны, «мы» в новой эпохе претерпевает трансформацию и приобретает новые смыслы: появляется массовое общество, размываются границы элитарного и массового искусства, развиваются и популяризируются идеологии эгалитаризма (появление равных прав для людей всех сословий, рас, полов). Несмотря на важность микронарративов («индивидуальных историй»), в эпоху постмодерна по-новому значима общая история человечества, выраженная, среди прочего, в концепции «общества риска».

Немецкий социолог и философ Ульрих Бек в книге «Общество риска. На пути к другому модерну» (39) пишет о том, что современное общество (1980е гг.) перестало жить прошлым и живет будущим, где существуют новые риски, отличные от рисков индустриального общества – общества классического модерна. Современные риски больше не обусловлены прошлым, но тесно связаны с настоящим и будущим, где современный прогресс может парадоксальным образом обернуться против человека и человечества («коллективное нанесение ущерба самим себе»). Бек имеет в виду новый тип угроз, затрагивающих все социальные страты, в равной мере касающихся представителей как низших, так и высших социальных слоев: экологические катастрофы и последствия использования ядерного и другого высокотехнологичного оружия, терроризм. С этой точки зрения, общество «иного модерна» («другого модерна») можно назвать «обществом отсутствия классовых привилегий».

Итак, несмотря на то, что социальная стратификация в обществе постмодерна, безусловно, сохранена (вопреки коммунистическим утопиям о будущем бесклассовом обществе), происходит «размывание классовых привилегий» перед лицом грядущих катастроф как последствий «коллективного нанесения ущерба самим себе». Любопытно, что «спасение элитарной группы от неминуемой экологической катастрофы» – нередкий сюжет в кинематографе.

--------

39 - Бек У. Общество риска: На пути к другому модерну / Пер. с нем. В. Седельника, Н.Федоровой. – М.: Прогресс-Традиция, 2000. – 383 с.

--------

Резюмируем: сущность эпохи модерна – классической эпохи, эры знания и развития науки, культурного оптимизма и Просвещения, рационализма и нацеленности на прогресс – в экспансивности, стремлении расширить свои границы, в направленности «к гуманистическому максимуму», в «метанарративности» («большие нарративы», которые касаются больших групп людей). Постмодерн отрицает классические социально-культурные модели, обращает свое внимание на отдельного человека, его личность и его историю, манифестирует иррационализм и трансформацию (общества, тела, психики), допускает возвращение к мифическим первоистокам, оправдывает существование несправедливостей мира восприятием его как своеобразного произведения искусства. Отметим, что последнее можно соотносить с барочным шекспировским «весь мир театр», однако классическое барочное понимание «мира как театра» в корне отличается от постмодерного «мира как искусства»: в эпоху постмодерна происходит перформатизация этого «мирового театра», автор и зритель становятся соучастниками действа.

Что же происходит в эпоху метамодерна? Возвращаясь к «метамодернизму» Т.Вермюлена и Р. Ван дер Аккера («Заметки о метамодернизме» (40)), отметим, что ключевой чертой их концепции метамодерна являются «колебания»: между просветительским энтузиазмом эпохи модерна и насмешливым нигилизмом постмодерна, между классическими идеалами и их отрицанием, надеждой и меланхолией, цельностью и фрагментарностью, оригиналом и подделкой, единственным и тиражируемым, однозначностью и многозначностью. Это, по нашему мнению, в большей мере относится не к метамодерну, а к метамодернизму в культуре искусстве. 

Мы предлагаем рассматривать метамодерн шире – как особое состояние социально-культурного пространства, не «колеблющуюся», а целостную эпоху, где греческое «мета» понимается не как «колебание», а как обобщенность, помещенность над (в значении, родственном «метанарративам» Лиотара). Речь идет об особом, синтетическом типе человеческого бытия, при котором различные парадигмы представлены в обществе одновременно. Метафорой современного общества может быть многоквартирный дом, где одновременно сосуществуют «люди разных эпох». Это новое состояние общества требует подробного исследования и концептуализации, но не с позиции «постмодерна» (как «эпохи отрицания модерна») или «метамодернизма» (как «состояния колебания»), а с позиции признания всех сторон современной жизни в одновременном их сосуществовании.

--------

40 - Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1-14 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf

--------

Чтобы раскрыть особенности эпохи метамодерна, мы предлагаем условную социально-философскую «модель четырех эпох», сменяющих друг друга: премодерна, модерна, постмодерна, метамодерна. Три первых эпохи последовательно описаны, среди прочего, в «Постфилософии» А.Г.Дугина (41). Отметим, что приобретением «Постфилософии» стала концептуализация понятия премодерна (редкий случай в «споре о модерне», где, как правило, концептуализируются модерн и постмодерн). 

Три фундаментальные категории Дугина – традиционное общество (премодерн), общество Нового времени (модерн) и постиндустриальное общество (постмодерн) – называются также парадигмами: «чтобы подчеркнуть, что речь идет не просто о (диахроническом) развертывании единого динамического процесса развития человеческого мышления – от архаического к современному и пост-современному, но о законченных в самих себе и фундаментальных системах организации мысли, которые можно рассматривать и сопоставлять друг с другом, абстрагируясь от стрелы исторического времени – т.е. синхронически. […] Описывая эти явления как три самостоятельных «парадигмы» (а не единую трехчленную синтагму), я хочу подчеркнуть, что мы имеем дело не с постепенным совершенствованием несовершенного (органическим ростом от зерна к дереву), но с тремя равнозначными по основным параметрам довольно симметричными структурами, множествами, смена которых осуществляется не как роковая заданность, но как свободный, сознательный и волевой выбор человечества, общества, личности» (42). Фактически, сама идея понимания премодерна, модерна и постмодерна не как «роста и развития», а как равнозначных и симметричных структур, – это идея метамодерна: не сменяемость (и диалектическое «снятие» противоречий предыдущей эпохи), а свободный выбор и сосуществование.

Эпоха премодерна, по Дугину, – это эпоха традиционного общества, которая является «снятой» (то есть, преодоленной») и прошлой – только для западного человека: «другие общества – азиатские, африканские или латиноамериканские – вполне могут пребывать в этой парадигме и до сего дня. Более того – они могут сделать ценностный выбор в пользу сохранения именно такой модели и в будущем. Как, например, поступают исламские фундаменталисты» (43).

Эпоха модерна – и сама парадигма модерна – стремится описать свое наступление как «естественное, необратимое и само собой разумеющееся явление» (44) и содержит, тем самым «пропаганду идеологии модерна». Модерн – своего рода «полюс культурного и философского притяжения», в парадигме которого мир предпочитает мыслить до сих пор. Даже постмодерн чаще всего рассматривается не как самостоятельное и самодостаточное явление, а через призму модерна, «как отрицание идей и идеалов модерна».

--------

41 - Дугин А.Г. Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли. – М., 2009. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.platonizm.ru/book/export/html/124
42 - Дугин А.Г. Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли. – М., 2009. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.platonizm.ru/book/export/html/124
43 - Дугин А.Г. Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли. – М., 2009. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.platonizm.ru/book/export/html/124
44- Дугин А.Г. Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли. – М., 2009. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.platonizm.ru/book/export/html/124
--------

Думается, что, если понимать модерн в качестве «стержневой эпохи» западной истории, трудно выйти за пределы постмодерна и парадигмы «конца истории». Но, если рассматривать все 4 эпохи – премодерн, модерн, постмодерн, метамодерн – «сверху», как сосуществующие (то есть, через призму метамодерна) – можно увидеть, как история вышла за пределы своего собственного конца. Здесь предложенная нами концепция метамодерна перекликается с «метамодернизмом» Т.Вермюлена и Р. Ван дер Аккера, которые утверждают, что «метамодернизм заменяет границы настоящего на пределы будущего без горизонтов» (45). Горизонты есть, но они, по мнению нидерландских метамодернистов, «бесконечно отступают». 

Мы согласны с идеей «будущего без горизонтов» как альтернативы идее «конца истории», но предлагаем свое видение метамодерна: не «колебание», а «сосуществование»; «бесконечные горизонты» как движение от консерватизма и ограниченности премодерна – к безграничности и интеграции метамодерна, гармоничному соединению частей – консерватизма (премодерн), экспансивности (модерн), трансформации (постмодерн) – в единую многомерную ткань современности.

 

Гармоничное сосуществование феноменов разных эпох в метамодерне актуализирует роль важного приобретения эпохи постмодерна – психологии. Психология эпохи метамодерна – это не столько психологическая наука, сколько практическая психология, и даже больше – психология бытия, внешнего и внутреннего. Сложная многомерная современность требует от человека большего – в восприятии и интерпретации реальности и отдельных ее элементов, в адаптации к окружающему миру и, что самое важное, – в самоактуализации. Можно сказать, что адаптация к новым условиям – биологическая, психологическая, социальная, культурная – уступает место значимому феномену метамодерна – реализованной самоактуализации и экзистенциальной целостности. Безусловно, и в мире метамодерна адаптация важна, однако не в бихевиористском ее понимании (приспособление к среде). В условиях динамической, постоянно меняющейся реальности приспособиться к ней сложнее, чем «трансформировать ее под себя» путем самоактуализации – постоянного самосовершенствования, саморазвития, раскрытия внутреннего потенциала, сохранения способности с неиссякаемым детским интересом познавать себя и окружающую реальность, приводя внутренний и внешний мир в состояние гармонии. В эпоху метамодерна человек становится инструментом гармонизации мира, мир говорит с нами, ссылаясь на феномен человеческой судьбы и того космоса, который удается построить этому, новому человеку, обращенному лицом в бесконечное светлое будущее.

--------

45 - Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1-14 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf
--------

Литература

 

  1. Бавсун М.В., Попов Д.В. Метамодерн в праве: осцилляция в точке Канетти. Статья I. Пролиферация норм и разум // Научный вестник Омской Академии МВД России. – 2018. – № 4 (71). – С. 62-70

  2. Безрогов В.Г., Пичугина В.К. Забота об идентичности: непрерывное образование vs исчезновение себя в период метамодерна // Социум и власть. – 2014. – №6 (50). – С. 116-123

  3. Бек У. Общество риска: На пути к другому модерну / Пер. с нем. В. Седельника, Н.Федоровой. – М.: Прогресс-Традиция, 2000. – 383 с.

  4. Валлерстайн И. Мир-система Модерна. Том 1. Капиталистическое сельское хозяйство и истоки европейского мира-экономики в XVI веке. – М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2015. – 592 с.

  5. Гребенюк А.А. Метамодернизм в психологии или уход от игры в жизнь к ее перформатизму // World Science: Problems and Innovations сборник статей победителей VI Международной научно-практической конференции: в 2 частях. – 2016. – С. 313-316

  6. Гребенюк А.А., Носовцов А.Е. Психологические особенности человека культуры метамодернизма // Гражданское общество: проблемы и перспективы. – 2017. – С. 7-11

  7. Гречко П.К.. Концептуальные модели истории. – М.: Логос, 1995. – 144 с.

  8. Дугин А.Г. Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли. – М., 2009. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.platonizm.ru/book/export/html/124

  9. Журавлева У.В. Метамодернизм как попытка преодоления постмодернизма: анализ стадий освобождения на основе работы Харольда Блума «Страх влияния» // Сборник статей VIII Международного научно-практического конкурса: в 2 частях. – 2017. – С. 100-104

  10. Залетов А.В. проект «современности»: от модерна к метамодерну // XLVI Итоговая студенческая научная конференция Удмуртского государственного университета. – 2018. – С. 345-348

  11. Ильин И.П. Постмодернизм от истоков до конца столетия: эволюция научного мифа. – М.: Интрада, 1998. – 255 с.

  12. Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. – М.: Интрада, 1996. – 252 с.

  13. Ирицян Г.Э. Конец постмодерна или его кризис? // Интеллект. Инновации. Инвестиции. – 2016. – №4. – С.63-66

  14. Кисляков А.Н. Особенности метамодернистской философии как новый способ восприятия мира // Аллея науки. – 2018. – № 6 (22). – С.270-273

  15. Куренной В.А. Иррациональная сторона рационального // Отечественные записки. – 2013. – № 1 (52). – С.70-78

  16. Куренной В.А. Хипстер – это Жан-Жак Руссо: культуролог Куренной о слове на букву «Х» // Афиша Daily. – [Электронный документ]. – Режим доступа: https://daily.afisha.ru/archive/gorod/people/hipster-eto-sovremennyy-zhanzhak-russo-vitaliy-kurennoy-o-novom-pokolenii/

  17. Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. – Пер. с франц. Н. А. Шматко. – М.: Институт экспериментальной социологии; СПб.: Алетейя. – 1998. – 160 с.

  18. Мальцева Р.И. Парадигмы постмодерна как доказательство метамодернистских тенденций // Кросс-культурное пространство литературной и массовой коммуникации – 6. – Материалы международной научной конференции. – 2018. – С. 291-297

  19. Розов Н.С. Когда началась эпоха модерна и закончилась ли она? // Сибирский философский журнал. – 2018. – № 2. – С. 63-74

  20. Современные философы о проекте модерна // История философии: Запад-Россия-Восток (книга четвёртая. Философия XXв.). – М.: «Греко-латинский кабинет» Ю.А. Шичалина, 1999. – 448с. – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000197/st112.shtml

  21. Спиридонова В.И. «Новая современность» и традиционные ценности // Философские науки. – 2017. – №6. – С. 35-49

  22. Тойнби А. Постижение истории. Перевод с английского Е. Д. Жаркова. — М.: Айрис-Пресс, 2010. — 640 с.

  23. Фридрих Ницше: Собрание сочинений. – Т. 1. – Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм. Несвоевременные размышления. – Спб.: Пальмира, 2017. – 479 с.

  24. Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер. с нем. — М.: Издательство «Весь Мир», 2003. — 416 с.

  25. Хохлова Д.Д. Как метамодерн привел к политической сатире и новому популизму // Власть. – 2017. – № 8. – С. 59-63

  26. Чучин-Русов А.Е. Конвергенция культур /А.Е.Чучин-Русов, Ин-т «Открытое общество». – М.: Магистр, 1997. – 40 с.

  27. Эко У. Заметки на полях «Имени розы». // Иностр. лит. – М.: 1988. – № 10. – С. 193–230

  28. Vermeulen T. and van den Akker R. Notes on metamodernism // Journal of AESTHETICS & CULTURE. – 2010. – Vol.2. – P.1-14 – [Электронный документ]. – Режим доступа: http://www.emerymartin.net/FE503/Week10/Notes%20on%20Metamodernism.pdf

©2019 - 2020 Метамодерн Институт Психологии и Творчества Павла Пискарёва

Политика конфиденциальности | Пользовательское соглашение

  • Facebook
  • Instagram
  • Vkontakte Social Иконка
  • Одноклассники Social Иконка
  • YouTube